5a474467     

Алексин Анатолий - Мой Брат Играет На Кларнете



Анатолий Георгиевич Алексин
МОЙ БРАТ ИГРАЕТ НА КЛАРНЕТЕ
(ИЗ ДНЕВНИКА ДЕВЧОНКИ)
21 декабря
Почти все девочки в нашем классе ведут дневники. И записывают в них
всякую ерунду. Например: "Вася попросил у меня сегодня тетрадку по
геометрии. Тайно попросил и очень тихо, чтоб никто не услышал. Зачем?
Почему именно у меня? Почему так таинственно и с большим волнением? Уже
полночь. Но я размышляю об этом и не засну до утра".
Васька просто-напросто решил сдуть домашние задания по геометрии.
Именно у нее, потому что у меня он уже сдувал. "Тихо, таинственно!.." А
кто же делает это громко?
"С волнением!" Еще бы Ваське не волноваться! Девчонки обожают придавать
самым обыкновенным поступкам мальчишек какой-то особый смысл.
Я тоже девчонка, но я понимаю, что дневники должны вести только
выдающиеся люди. Нет, я ничего такого о себе не думаю. Но у меня есть
брат, он учится на втором курсе консерватории. Он будет великим
музыкантом. Это точно!
И вот по моему дневнику люди узнают, каким он был в детстве.
Мой брат играет на кларнете. Почему не на скрипке? Не на рояле? Так
хотел дедушка. Он умер, когда мне было всего два года. А брат Лева старше
на целых пять лет, и дедушка начал учить его музыке.
Долгие годы я слышала о том, что наш дедушка "играл в фойе". Я не
знала, что такое фойе, но слово это казалось мне очень красивым. "Фойе", -
четко выговаривала я. А когда первый раз сходила в кино и увидела
музыкантов, которые играют в фойе, мне стало жаль моего бедного дедушку:
зрители переговаривались, жевали бутерброды, шуршали газетами, а старые
люди на сцене играли вальс. Они прижимали к подбородку свои скрипочки и
закрывали глаза: может быть, от удовольствия, а может быть, для того, чтоб
не видеть, как зрители жевали бутерброды.
Мой брат не будет играть в фойе! Он будет выступать в красивых
концертных залах. Сейчас он готовится к конкурсу музыкантов-исполнителей
на духовых инструментах. Мне жаль, что кларнет называют духовым
инструментом. Когда я думаю о духовых инструментах, то сразу почему-то
вспоминаю похороны и медный оркестр, который идет за гробом.
Кларнет можно было бы назвать как-то иначе... Но что поделаешь!
Учусь я средне, но это не имеет никакого значения. Я решила посвятить
свою жизнь не себе, а брату. Так ведь часто бывало с сестрами великих
людей. Они даже не выходили замуж. И я не выйду. Ни за что! Никогда!.. Это
точно. Лева уже знает об этом. Сперва он возражал, но потом согласился.
Мы договорились, что сам Лева, в отличие от меня, будет иметь право на
личную жизнь, но лишь тогда, когда добьется больших музыкальных успехов.
Лева весь, без остатка будет принадлежать искусству. У него не будет
времени ни на какие обыкновенные человеческие дела и заботы Все эти дела
буду исполнять за него я. Фактически -я отрекусь от собственной жизни во
имя брата! И поэтому мои тройки не имеют никакого значения. К сожалению,
мама и папа этого не понимают.
- Ты неплохо устроилась, - как-то сказала мама. - Значит, Лева будет
учиться, с утра до вечера играть на кларнете, совершенствоваться,
готовиться к конкурсам, а ты будешь всего-навсего посвящать ему свою
жизнь. Какие-то у тебя иждивенческие настроения!
- А сестра Чехова, значит, тоже была иждивенкой? - спросила я в ответ.
- Ну уж... хватила!
Мама изумленно развела руками в стороны. Когда нечего сказать, легче
всего разводить руками. В общем-то, я сама виновата: не надо слишком уж
откровенничать со своими родителями - они обязательно используют эту
откровен



Назад